9757104008

Те, кому сегодня 30 и более, – это люди девяностых. Кто-то, как и я, набивал первые шишки, а кто-то наживал первые миллионы. Зарабатывали в те годы по общей схеме: распил бюджета – отжим казнокрада – отжим рэкетира. В принципе, эта биологическая цепочка актуальна и в наше время…

Тамерлан Магомедов

В Дагестане жизнь всегда строилась на принципе землячества. Одной из самых интересных была кубачинская община. В отличие от других колоритных малых народностей, кубачинцы традиционно гордятся своей интеллигентностью. Да-да, они некая рабочая интеллигенция Дагестана. Вытеснив в начале 20 века кумухцев из ювелирного бизнеса, они стали златокузнецами. Это и их основная профессия, и основной повод для местечкового патриотизма. Еще ребенком, перелистывая иллюстрированный каталог работ дагестанских мастеров, я восторгался подлинными шедеврами кубачинской работы. Кстати, они так и называют свои произведения – работа, или же по-кубачински «аче». Тогда я и услышал фамилии Изубакаровых, Тубчиевых, Кишевых, незабвенных Расула Алиханова и Манабы Магомедовой. Фамилии Ниналаловых среди мэтров я не встречал. Ее я услышал позднее.

Саид Ниналалов – богатый, самодостаточный, деловитый директор Кубачинского художественного комбината. Это уже не советский цеховик, переродившийся в коммерсанта. Настоящий менеджер, который вёл бизнес под честное слово и был более чем благороден и щедр. Слухи о грандиозных хищениях в этой славной артели кустарей просачивались в народ регулярно. Иногда и в виде сводок МВД. Слава о богатстве во все времена не давала спокойной жизни разным людям. Слава о богатстве Ниналалова тоже не укрылась от них. И, как говорится в старой поговорке, когда человек с деньгами встречает человека с опытом, то человек с деньгами уходит с опытом, а человек с опытом уходит с деньгами. Этакий натуральный обмен, правда, не совсем равноценный и далеко не всегда любезный.

О том, как набирался опыта Саид Ниналалов, мы сегодня читаем в его статьях. Пишет на одном дыхании. На одном дыхании их глотают и читатели газеты «Свободная Республика». Не могу не похвастаться: его писательский талант для народа открылся не без моего участия. Мы познакомились с Саидом в Фейсбуке. Он просто скинул мне пару своих текстов. Здесь стоит сделать важную ремарку: Ниналалов сейчас отбывает срок в ленинкентской зоне. Ему, как принято выражаться в подобных учреждениях, «впаяли семерик за расхищение капиталистической собственности».

Простите за каламбур, но судьба дагестанского бизнесмена оказалась не намного веселей жизненного пути Остапа Ибрагимовича. Нет, Саида Ниналалова не обыскивали на румынской границе. Он всего лишь стал объектом любви и пристального внимания, как я уже говорил, весьма опытных служителей дагестанской Фемиды.

Ничто не вечно на земле. Закончатся, я думаю, и беды Саида Ниналалова. И однажды мы, его преданные читатели, наверняка сможем лично пожать его талантливую руку, возможно, и увидеть ее с резцом, вырезающим прекрасные узоры на серебряном блюде. Ведь Саид прежде всего кубачинец, работа у него в крови. А таланта ему не занимать!

«Похитили младшего брата Саида Ниналалова», – пронесся по Махачкале недобрый слух. Товарищ, который был старше меня по возрасту, с видом знатока изрек: «Сто пудов, Гимринский сделал!» Выражение «сто пудов» и псевдоним Гимринский в те годы места сомнениям не оставляли, и я с пониманием закивал головой. И так же, как и весь город, замер в тягостном ожидании. Киднеппинг в те годы был излюбленной темой для вечерних дебатов на каждой махачкалинской кухне. Вернут живым или отрубят палец для устрашения? Какова сумма выкупа, которую затребовали похитители? Люди щекотали свои нервы очередным обсуждением похищения коммерсанта. Как новой серией «Кошмара на улице Вязов».

Ниналалову повезло. Его брат вернулся живым и невредимым. Что творилось у него в душе? Это известно только Богу! Но ясно одно: он начал осознавать, что, даже имея деньги, в Дагестане ты остаешься бесправным, если не имеешь силы, чтобы эти деньги сохранить. Спустя еще пару лет это осознание получит своё реальное подтверждение. Сначала Саид лишится должности директора комбината, позднее растеряет друзей и партнеров по бизнесу. Его имя начнёт ассоциироваться с уже другими фантастическими суммами. Теми сумами, которые он якобы брал в долг на раскрутку бизнеса у людей из власти.

Очевидно, он оказался в традиционной финансовой западне, занимая вновь и вновь, в надежде вернуть прежние долги и встать на ноги. Увы, он потерял не только деньги, но и свободу, став козлом отпущения в череде грандиозных афер. Так уж работает наше палочное правосудие: человек посажен, дело закрыто! И сегодня уже никому не важно, кто на самом деле виновен и в чьих карманах на самом деле осели мифические кубачинские миллионы.