Фото_сайт ДГУ

Самым главным событием в Германии на этой неделе стала смерть 19-летней девушки, которую сначала изнасиловали, а потом убили. Драматизм ситуации еще и в том, что это сделал 17-летний афганец, проживающий в лагере беженцев, где девушка работала волонтёром. Марию с детства учили сопереживать попавшим в беду, однако именно они стали виновниками ее гибели.

Заур Газиев

СИЛЬНЫЕ И СЛАБЫЕ

Девушка стала жертвой изнасилования и жутких издевательств. Эта история потрясла всех – даже толерантных и терпимых немцев. Уже на следующий день Ангела Меркель выступила с очень жесткими инициативами по поводу беженцев. Всю ночь канал «Евроньюс» в своих выпусках рассказывал об этой трагедии, а я слушал и думал о том, возможно ли у нас такое. Ведь этот афганец ничего подобного не сделал бы со своей землячкой, потому что рядом с афганской женщиной будет другой афганский мужчина, который защитит ее! Где гарантия, что наше общество, стремительно сползающее в средневековый маразм, не придёт к тому же, что случилось в Германии?

Избиение активиста гей-движения на самом деле крайне неправильный поступок. Во-первых, человек, приехавший в Махачкалу и вставший на площади с плакатом «Ненавидеть геев – антинаучно», получает бонусы и спонсоров на будущие подобные проекты в России. Во-вторых, активист и сам понимает, что смысла в его действиях мало, для него важен шум вокруг этого. Шум он получил по полной! Никто даже и не задумался, научно это ли антинаучно. В любом случае все остались при своём мнении, а он получил известность. В-третьих, он создал повестку дня, которая для нас не актуальна и загораживает более важные системные проблемы.

Дагестанское общество погрязло в конфликтах и стрессах. У нас страшный антагонизм между самыми различными социальными группами: есть огромное раздражение граждан по поводу того, как управляется республика. Одна часть Дагестана хочет средневекового мрака, другая – сталинского террора, третья – хочет сбежать на Запад, четвёртая – вообще потерялась. В этой обстановке в числе приоритетных не значится проблема дискриминации сексуальных меньшинств. Люди приспосабливаются ко всему. Они находят друг друга. Избиение активиста может иметь в качестве последствий то, что любой человек, объявивший себя представителем сексменьшинств, получит на Западе убежище. За это они должны быть благодарны тем, кто избивал в Махачкале активиста с плакатом!

Но террор, объявленный представителям этих меньшинств, скорее всего, говорит о состоянии общества, его полной дезориентации во времени. У нас проблема не в том, как люди удовлетворяют свою похоть, и не в том, как они одеваются. У нас проблема в том, как организовано наше общество. Потому что именно из-за этой системной проблемы мы имеем скверное образование, ущербное здравоохранение, отвратительные дороги и разваливающуюся коммуналку; у нас беспросветное невежество, когда речь идёт о гражданском обществе и участии людей в политической жизни, у нас ужасающая коррупция на всех уровнях социальной пирамиды. Но при этом товарищи находят самых слабых и обездоленных геев и вымещают на них свою злобу. Кошмарить тех, кто и так на социальном дне, и делаться от этого счастливым… Даже комментировать не хочется. Не думаю, что после таких акций кто-то просветлеет или что-то изменится. Жаль людей, которые на это тратят свою жизнь и своё время. Боль, которую вы приносите людям, ничего плохого вам не сделавшим, всегда возвращается к своему источнику. И вообще, каждый понесёт к Господу свою ношу сам. Но брать на себя роль бога и вещать от его имени – это, действительно, по-нашему.

Читая комментарии в социальных сетях, я подумал о том, в какой беспросветной яме мы находимся. Эта злоба, ненависть и боль, направленные на конкретную социальную группу, не порождены этой группой – у этого состояния общества другие виновники! Какой-то стокгольмский синдром получается со всеми его последствиями.

На днях довелось побывать в Семендере. Шел снег, была непролазная грязь. Навстречу нам вышел человек, и первым, что мы услышали после «салам алейкум-ваалейкум салам», было: «Городская администрация нас бросила»! Я спросил его, почему он купил землю и построил дом именно здесь?! Вопрос, конечно, неправильный, ведь человек воспользовался имеющейся у него возможностью… Живёт, сохраняя свое достоинство, построил крепкий дом…

Хочется, чтобы государство думало о том, как улучшить жизнь граждан, а не о том, как отобрать у нас деньги через «Платон», налог на капремонт, «пакет Яровой» и т.д.

БЕДНАЯ ЕКАТЕРИНА…

Я понимаю, что к этому имени просится другое прилагательное, но Екатерине Толстиковой, назначенной вице-премьером правительства Дагестана, хочется посочувствовать как-то по-особенному. Ну, во-первых, она человек очень приятный. Послушал её на мероприятии в ДГУ – от неё шел позитив, веяло правильностью. Классическая отличница из хорошей семьи! Человек, нацеленный на конкретный результат и способный работать. Говорят, что у вас никогда не будет второго шанса произвести первое впечатление. Екатерине Толстиковой удалось произвести самое благоприятное первое впечатление.

Однако я повторюсь, что искренне соболезную ей в связи с тем, что фронт работ, стоящий перед ней, безграничен. Если в высшем образовании у нас есть еще какие-то светлые пятна, то в среднем – мы имеем беспросветный мрак. Выпускники педагогического института или университета, в руки которых попадают наши дети, сделали своё дело. Они лепили детей по своему образу и подобию. Когда в нашу газету приходят люди, ищущие работу журналиста, но не знающие, когда началась Великая Отечественная война, кто такой Ленин, я спрашиваю, в какой школе они учились, у каких учителей…

Что будет делать с таким балластом Толстикова – большой вопрос! Как поступать с людьми, которых к детям даже подпускать нельзя? Где найти педагогов, которые отнесутся к своей работе как к важной государственной миссии?! Кстати, самой эффективной системой образования в нынешнем году названа система Сингапура, который позаимствовал всё лучшее у Англии и США. Дошкольное обучение начинается здесь с 3 лет и продолжается до 6. В детских садах детей учат общению, счёту, основам чтения.

В обучении используют все научные достижения. Школьники этой страны показали лучшие результаты в тестах по математике, в чтении и естественных науках. Здесь очень высокие зарплаты у учителей, они несравнимо выше зарплат военных или полицейских.

В прошлый раз сильнейшим был назван Шанхай, но на этот раз его включили в рейтинги не отдельно, а вместе с несколькими другими регионами Китая.

Россия в перечне естественных наук на 32-м месте, США – на 25-м. «Мы теряем почву под ногами – тревожная перспектива, ведь в сегодняшней экономике, основанной на знаниях, лучшие рабочие места могут мигрировать куда угодно в мире», – сказал Джон Кинг, министр США по вопросам образования. Наблюдатели при этом отмечают, что такие азиатские страны, как Сингапур, смогли достичь блестящих результатов без большого разрыва между детьми из богатых и небогатых семей. Он также отметил прогресс Вьетнама, который занял 8-е место в рейтинге естественных наук.

Модератором этих авторитетных рейтингов является Организация экономического сотрудничества и развития. Их формируют на основе тестов, которые составляют 15-летние школьники со всего мира. Тесты Pisa проводятся раз в три года, и их результаты оказывают все большее влияние на образовательную политику многих государств. Сингапур не только находится на хорошем уровне, но и движется вперед. В этом году в первых десятках рейтингов, как и ранее, доминируют азиатские страны. В рейтинге естественных наук они занимают семь позиций из топ-10. Из неазиатских стран в топ-пятерки рейтингов вошли только Эстония, Финляндия, Канада и Ирландия.

Если Россия была в рейтинге на 32-м месте, то у Дагестана дела несравнимо хуже. И со всем этим придётся иметь дело Екатерине Толстиковой.

Несмотря на практически невыполнимую задачу, очень хочу, чтобы у неё всё задуманное получилось. Это нужно в Дагестане всем здравомыслящим людям. И тогда вполне вероятно, что наше общество начнёт движение в обратную сторону от средневекового мрака. И какую бы цену ни пришлось платить за то, чтобы не возвращаться в средневековье, она будет несравнимо меньше, чем тот ущерб, который мы понесём, если там окажемся.