Страшное время и великие люди

Очередной юбилей Магомедали Магомедовича Магомедова. 15 июня ему исполнилось бы 96 лет. Наверное, не было в истории Дагестана XX века человека, который прошел бы с честью столько испытаний и подвергался бы таким агрессивным нападкам в течение десятилетий. Пожалуй, самое недооценённое наследие человека, который построил Дагестан на обломках страны, потерявшей себя почти на десятилетие.

Заур Газиев

Со дня его отставки в 2006 году прошло уже больше двадцати лет. Дагестан пережил очень непростые годы. Общество наше проходило через такие эксперименты, о которых ещё годом раньше мы и предположить не могли. И те, кто критиковал Магомедали Магомедовича за какие-то вещи, оказавшись в его кабинете, сев в кресло руководителя республики, почему-то не становились благороднее и чище, чем он. Они делали всё то, в чём его обвиняли – только во много раз хуже. И жизнь показала, что оказаться на вершине властной пирамиды это не только благо – это огромное испытание, которое дано пройти не всякому.

Сейчас мало кто об этом помнит, но Председателем Верховного Совета Дагестанской АССР он был избран на I съезде народных депутатов Дагестанской АССР 24 апреля 1990 года. Людей никто не заставлял, они его выбрали добровольно. Ему тогда было шестьдесят лет. Это был взрослый, сформированный советской системой человек, понимавший, как устроено социалистическое плановое государство. Но к новой рыночной реальности, к разрушению советских институтов, в первую очередь, институтов власти – не готовый! Не готовый, так же, как и ко всем бедам, которые посыплются на республику в девяностые годы. Но это не означает, что он бездействовал. Он знал самое главное из того, что нужно понимать, – как устроен дагестанец, и что нужно делать для того, чтобы выйти хоть на какую-то стабильность. К примеру, появление национальных движений. Вот что это было, и какая в этом была необходимость? С чего это люди вдруг захотели объединиться вокруг своей национальной культуры, языка, символов? Ведь культуре на тот момент ничего не угрожало. Журналы и газеты на национальных языках выходили, передачи на ТВ на национальных языках делались, спектакли ставились, художники рисовали, писатели писали. Только во главе этих, казалось бы, культурных объединений нередко оказывались в прошлом судимые бандиты, которые к культуре, в классическом понимании этого слова, имели весьма далёкое отношение. И задачей властей было сделать всё, чтобы эти объединения не заболели сепаратистскими идеями.

Граждане объединялись по вполне определенным причинам – им нужно было защищать себя и свои ценности. Им нужно было заполнить тот идеологический вакуум, в котором они оказались. Конечно, есть люди, которым подпорки в виде философских концептов не нужны. И таких людей с каждым последующим будет всё больше. Но на том этапе развития дагестанского общества люди оказались растерянными, их могло шарахнуть в любую из сторон. И только внутренняя сила вкупе с терпением Магомедали Магомедовича помогли выстроить грамотный и последовательный диалог между гражданским обществом и властью. Ему нужно было объединить людей, которые видели будущее Дагестана по-разному. В конечном итоге, долгий диалог привел к тому, что многие из них преобразовались в культурные фонды или же самораспустились, но сепаратизма удалось избежать.

***

Надо сказать, что Магомедали Магомедову приходилось не просто строить республику на основе разрушившихся старых государственных институтов – ему нужно было наполнять это всё жизнью заново. И чтобы по возможности всё это хоть как-то держалось на балансе сдержек и противовесов. Потому что силовых органов, в нашем сегодняшнем понимании, практически не существовало. Салмана Радуева поймали в ресторане гостиницы «Дагестан», а до этого он приезжал сюда много раз и его никто не трогал! Это просто пример того, как тогда работали люди в форме, и насколько эта система была разложившейся. Сегодня славословят Муху Алиева, который в эти времена просто был не виден и не слышен! Дагестан тогда нуждался в сильных людях, которые уберегли бы его от хаоса. Не было тогда никого, кто был бы готов разговаривать с не всегда приятными людьми, искать компромиссы и принимать решения. Только Магомедали Магомедович готов был договариваться с разными силами в республике и договариваться с федеральными властями. Мы помним, как в борьбе за должность вдруг могла наполниться людьми площадь Ленина… Это была другая реальность. Сейчас такое просто невозможно.

***

Ещё одна история, которая пришла на ум. Тот, кто жил в девяностые, помнит, как грабили наши поезда, пока не построили ветку железной дороги от Бабаюрта до Кизляра. Найти деньги на это в стране, чей бюджет на тот момент был равен бюджету Финляндии, – это было подвигом! Каким образом удалось это сделать Магомедали Магомедовичу, наверное, надо писать отдельную историю.

Понятно, что сегодня иные времена, мы на многое смотрим иначе, но понимание того, что такое государство, что такое вертикаль власти, что такое свобода слова – мы тоже видим совсем по-разному. Дагестан существовал не в безвоздушном пространстве. То, что мы прошли между Сцилой и Харибдой, не превратившись в сплошное пожарище, – это личное достижение Магомедали Магомедовича. Потому что желающих заработать на таких локальных войнах всегда больше, чем желающих заработать на проектах, осуществляющих мирное строительство. Думаю, что те, кто слушал телефонные прослушки с Борисом Березовским и Шамилем Басаевым, понимают о чём я. Просьбы к боевикам немного пострелять – уже тогда в головах у многих людей всё поставили по своим местам. И почему Магомедали Магомедович сразу же поддержал молодого российского премьера Владимира Путина, тоже было понятно. Республике нужна была хоть какая-то стабильность, а не разводняки с целью кормиться с бюджетных откатов.

***

У каждого человека в этой жизни своя миссия. У Магомедали Магомедовича – была своя роль в этой страшной пьесе, где сюжет менялся быстрее, чем могли предположить участники событий. На мой взгляд с высоты сегодняшнего дня: я думаю, что главная его задача заключалась в том, чтобы удержать баланс. Высокий, уверенный в себе взрослый мудрый человек, который старался не замечать мелочей, просто удерживал республику от раскачивания в какую-либо сторону. И надо понимать – история эта была не из лёгких. Про интриганство и готовность бандитов из национальных движений захватить власть я писать не буду, там с одного взгляда на них всё понятно. При советской власти они бы сидели в тюрьме! Однако с ними надо было говорить, потому что они создавали нездоровую обстановку в обществе постоянно провоцируя население.

В первый раз Магомедали Магомедович столкнулся с обезумевшей толпой, бегущей по улицам Махачкалы, после того, как случилась либерализация цен и люди были в шоке от того, сколько стали стоить продукты питания. Это был приснопамятный 1991 год. Я своими глазами видел этот ужас и на всю жизнь запомнил, что означает понятие «безумная толпа».

Потом начались бесконечные митинги, теракты, взрывы. Бурлящая западная граница, где ни с кем, ни о чём невозможно было договориться. Потом была первая чеченская война с её кошмарами и с 200 тысячами жителей соседней республики, которые спасались от бомбёжек. И этих людей приютил Дагестан. До сих пор сострадаю чеченским соседям и просто не представляю себе, через какой ужас они проходили. Но решать их повседневные проблемы пришлось именно дагестанским властям. Потом были налёты на Кизляр и Первомайск со всеми вытекающими из этого подробностями и последствиями. Был теракт в Каспийске с взорванным домом, в котором жили пограничники. Потом были переговоры с Асланом Масхадовым, бунтующий Хасавюрт, бесконечные похищения людей с целью выкупа. Потом был памятный 1998 год, когда толпа молодчиков захватила Дом правительства в Махачкале. Был теракт на улице Пархоменко. Потом был 1999 год с событиями в Кадарской зоне и нападениями на Дагестан в Ботлихском и в Новолакском районах. Там каждая новость – это событие федерального масштаба. И Магомедали Магомедович держал удар, держал баланс. Его призыв «Вооружайтесь, чтобы спасти Дагестан», тогда спас республику. Более того он собрал её в единый кулак.

Говорят, что в 1999 году Дагестан был краеугольным камнем империи. Посыпался бы Дагестан – посыпалась бы вся Россия. Но история не знает сослагательного наклонения. И авторитет Магомедали Магомедовича был высок, потому что он говорил от лица дагестанцев, которых он представлял. Он вёл себя так, как должен был бы вести себя настоящий горец. И такое, что потерять с документами во время переговоров было просто невозможно. Просто хочется напомнить мелкому воришке из аварского театра, что когда вы тихо подкупали Латынину и Хинштейна, и ждали, куда все вырулит – Магомедали Магомедович делал то, что нужно было для того, чтобы Дагестан не оказался в состоянии войны. А желающие были. В Дагестане всегда есть те, кто для того, чтобы выиграть 1000 рублей, готовы нагадить на миллион.

***

Просто одного поверхностного взгляда на то, что происходило с республикой во время правления Магомедали Магомедова, хватает для того, чтобы понять, какую цену заплатил человек для того, чтобы Дагестан не потерял своих людей и подошел к своему очередному, новому этапу не обезлюдев. Спасибо Вам, Магомедали Магомедович! И от меня лично и от людей, которые понимают, как близко мы были к краю пропасти. Но память человеческая ненадёжна. И когда я вижу, как активно продвигается идея оболгать одного человека для того, чтобы возвысить другого, кто и близко не стоял в трудные моменты республики, я не просто удивляюсь и злюсь…

Наверное, есть смысл садиться за описание своего варианта событий того времени. Думаю, что самое интересное ещё впереди.