9641288897

Опыт – это расчёска, которую мы получаем после того, как облысели

Если не считать прямой линии с Путиным, то главными обсуждаемыми событиями была даже не Украина. Это танец пчёлок и Винни Пуха из Оренбурга и обнародованные фотографии города Железнодорожного в Калининградской области, который 70 лет назад именовался Гердауэном и был вполне преуспевающим городком восточной Пруссии. А потом мы увидели, как за 75 лет в составе нашей страны он превратился в руины. Справедливости ради надо сказать, что за эти же самые последние 75 лет Дагестан стал несравнимо цивилизованнее. Что русскому хорошо, то немцу смерть.

Заур Газиев

Однако информационный анализ недели хотелось бы начать с разлетевшегося по социальным сетям видео расстрела чеченской семьи российскими военнослужащими. Откровенная съемка, после просмотра которой не остается ничего, кроме ужаса. Клип сделан в стиле любительского видео. Первое впечатление, что это настоящая кинохроника, снятая каким-то отмороженным контрактником с явно националистическими взглядами. Позже выясняется, что это постановочный фильм, снятый в Грузии компанией «Уорнер Бразерс» и посвященный событиям 1999 года. Фильм называется «Поиск» и рассказывает о зверствах федеральных войск. Когда заканчивается просмотр, испытываешь шок, примерно такой, как после видео с отрезанными чеченскими боевиками головами российских солдат в 1998 году. Кстати, это видео тогда провисело на Ютюбе недолго, буквально через несколько часов по причине кровавости оно было удалено оттуда.

Однако, возвращаясь к этому видео с расстрелом чеченской семьи, можно сказать: нет сомнений в том, что подобные зверства были в те времена весьма распространённым явлением. Это же подтверждают рассказы знакомых чеченцев, прошедших через ад той войны. Надо признать, что за сегодняшнее экономическое благополучие чеченские братья заплатили именно такую цену. Не завидуйте небоскребам Грозный-Сити – это компенсации метрополии за те беды, которые она принесла этому народу. Хоть об этом сейчас говорить вслух никто и не хочет. Как никто вслух не хочет говорить и о том, что Дагестан при ослабшем федеральном центре в девяностые годы прошлого века тоже мог бы провалиться в состояние анархии и бандитизма. Персонажей, которые готовы были стать полевыми командирами и собрать под боевые знамёна своих единомышленников, в Дагестане было предостаточно. Как бы это ни было неприятно некоторым товарищам, но здесь мы должны проявить благодарность Магомедали Магомедовичу Магомедову за то, что он удержал Дагестан от сползания в это состояние. Иначе нам пришлось бы спустя годы смотреть этот же фильм, но снятый уже про Дагестан. Безусловно, мы в нашей республике прошли через очень страшные вещи, но, слава Богу, такой войны у нас не было! И мы не заплатили самую страшную цену, которую платит народ в таких случаях, – это жизни своих лучших людей.

И в этом самом месте мы подходим к обсуждению моральных вопросов, с которыми сталкивается общество, прошедшее через подобное испытание. Во-первых, что хорошего ждёт страну, которая готова растить для своих нужд орков, готовых на любые мерзости. Стоят ли плоды полученных побед такой цены? Мы подходим к вопросу о том, что война не заканчивается, пока не умирает последний солдат закончившейся войны. Люди, преступившие на войне моральную планку запрета на убийства, возвращаются в мирную жизнь, но война в их головах не заканчивается. Они смертным боем бьют своих жен, издеваются над своими детьми, спиваются, и дети их становятся потомственными алкоголиками. Они несут насилие в повседневную жизнь и без специализированной помощи психиатров и психоаналитиков преодолевать эти болезненные состояния не в состоянии. И уже никого не удивляет, что военные, прошедшие обе чеченские войны, по первому же зову поехали в Донбасс и Луганскую область. Как они там воевали и как они оттуда возвращались – это уже другая история, но любая власть, развязывающая войну, должна понимать: она включает в огромном количестве людей инстинкт убийцы, процесс этот обратного хода не имеет. Воины никогда не становятся тихими обывателями – это проблема общества, о которой снято огромное количество шедевральных фильмов и написано много книг. Кстати, эта тема в Дагестане более чем актуальна. Про средневековые пытки в дагестанских РОВД я писал не один раз. Писал и о том, что нет пути назад у тех, кто попал в сети экстремистов.

Мы находимся в состоянии гражданского конфликта. У нас позади его горячая фаза, но это не значит, что рецидивы невозможны. При надлежащих нынешних условиях достаточно 3-5 лет. Вырастет новое поколение, которое уже сейчас подвергается обработке – и все вернется на круги своя…

***

Как продолжение темы – история с восточно-прусским городком Гердауэном, который по итогам Второй мировой войны оказался в составе Советского Союза и стал называться – Железнодорожный. Социальные сети облетели его фотографии 1954 года и сегодняшние. Надо вам сказать – это ужас! Из картинно-игрушечного немецкого городка с классическими немецкими домами он превратился в город-призрак с вымирающим пьяным населением. Главный источник дохода населения – старые немецкие дома, которые они разбирают на кирпичи и продают.

Как я уже сказал чуть выше, Дагестан за эти годы изменился кардинально. У нас появились богатые сёла и большие города. У нас за эти годы возникла и экономика, и какая-то национальная ментальность. Там же следы вымирания просто налицо.

В похожем состоянии немалое количество российских городов. Махачкале и не снилось того мрака запустения, который царит в Железнодорожном. В Махачкале жизнь кипит. У нас солнце! Сопоставление фотографий Гердауэна и нынешнего Железнодорожного вызывает однозначное чувство сожаления об утрате чего-то ценного…

И в этом самом месте мне хочется написать о том, что можно захватить какие угодно земли, но вот что с ними делать дальше – это большой вопрос! Люди – это самое ценное, что у нас есть. Дома можно построить, улицы можно пробить заново, но вот работящих правильных людей из пьяных зомби уже не сделать. То, что творят федеральные каналы вот уже год, – это преступление перед нашими согражданами. Повторюсь, подготовить для войны толпу орков можно без проблем, как показывает опыт, люди оскотиниваются очень легко. Но вот что потом со всем этим делать?! Даже выиграв войну, мы не стали жить лучше, чем Германия. Еще один текст, который колбасил на минувшей неделе интернет-сообщество, касается зверств Советской Армии на территории Германии. Групповые изнасилования женщин и подростков, трупы по обочинам дорог, бесчинства красноармейцев описаны в тексте Ларри Гримма «К празднику «Великой победы»: Шокирующие зверства советских солдат в Германии». Кому интересно, можете найти этот опус в моей ленте на Фейсбуке.

Война никого не делает лучше; зверства фашистов не были гуманнее, нежели зверства советских солдат на территории Германии. Я бы советовал читать эти тексты всем, кто заваривает войну на любой территории. Проблемы не с мёртвыми – они уже ничего не сделают, проблемы с живыми, которые ни сами не живут, ни другим не дают жить. Мы очень хорошо воюем и организовываем войны на ровном месте, но при этом мы не в состоянии построить экономику, в которой человеческий капитал использовался бы эффективно. Мы можем что-то делать напоказ, создавать витрину, но мы не можем создавать систему, которая воспроизводила бы себя, давала людям возможности для самореализации. Нам крайне необходимо учиться строить мирную жизнь. Война закончилась почти 75 лет назад, а мы до сих пор, как на войне. И вообще, мы страна, которая живёт спиной к своему будущему. Мы отдаём долги старикам, отнимая у тех, кто должен бы строить наше благополучное будущее. Молодые у нас, кажется, априори чувствуют себя виноватыми.

***

Ну не могу не написать и про «пчелиный тверк». С одной стороны, смотрится этот танец, конечно, неоднозначно. Но, с другой – школьницы, которые смотрят танцевальные конкурсы на ТНТ или на Первом канале, наверняка видят и не такое.

И нужно прямо сказать: девчонки принадлежат другой культуре – они смотрят МТV. Они смотрят клипы мировых звезд, для них тверк – это просто танец, который они адаптировали под себя. Судить людей нужно по их меркам, а осуждать – это самое простое. Сейчас на них вылились ушаты грязи. Возбуждено уголовное дело. Родители девочек в шоке. Они и думать не думали о том, как это все может быть истолковано.

Что сказать – злая страна, злые люди! Я лично пожалел девочек и их родителей. И все! Ненависти они точно не заслуживают.

***

Еще одна история, восхитившая меня на этой неделе. Одна моя знакомая двенадцать лет назад взяла кредит в Комитете по предпринимательству и малому бизнесу. Через два года она его выплатила. Однако на днях приходит письмо, в котором ей сообщается, что 10 лет назад она не доплатила 10 рублей. И эти 10 рублей за эти десять лет выросли до 4 тысяч рублей… В этом месте я долго молчал, а потом громко выругался. Это же какими нужно быть дебилами или подонками, чтобы ждать десять лет?! Почему до сих пор у этого ведомства не было возможности сообщить человеку, что за ним остался долг?!

А я вам скажу: это такая форма государственного рэкета. По подобной схеме сейчас работает Пенсионный фонд: они ждут, пока накопятся пени. Очень похожая схема по оплате услуг в ЖКХ. По такой же схеме наваривается Элеонора Омариева в «Роспотребнадзоре». Я полагаю, что с историей рэкета со стороны государственных органов необходимо познакомиться всем. Мы живем в очень коварной и злой стране, где, для того чтобы выжить, очень трудно оставаться людьми.